Сегодня, 10 октября, президент Украины Владимир Зеленский проводит первую большую пресс-конференцию. До сих пор он участвовал лишь в коротких брифингах для прессы либо в совместных пресс-конференциях с другими мировыми лидерами. Форматом мероприятия был выбран пресс-марафон. Только не всем желающим представителям СМИ удалось попасть на мероприятие. Журналисты нашей редакции подали заявку на участие до 18.00, 9 октября, как было сказано в правилах участия. Но каждый получил на почту письмо с отказом «в связи с таймингом».

Тем кому удалось попасть были сформировали в группы по 7-10 человек, где каждый лично мог задать вопрос, на каждый состав выделили 30-50 минут. Формировали участников пресс-марафона в ОП согласно списку аккредитации. Событие началось в 10:00 в недавно открывшемся гастрономическом пространстве Kyiv Food Market.

Наша редакция выделила основные темы которые поднимали журналисты на пресс-марафоне, и собрала ответы президента Владимира Зеленского.

Общение с президентом началось с его извинения за опоздание, поскольку он «переодевался после утреннего кросса». На вопрос о месте проведения Зеленский ответил: «тут прикольно, хорошее место…Просто не хотелось встречи официальной».

Вопрос Донбасса.

«Люди, которые живут на тех территориях и чувствуют себя украинцами, должны знать, что мы их не бросим, не покинем, мы их вернем вместе с территориями. Это наш план А…План Б — если возвращение этих территорий затянется — мы должны обеспечить их возможностью быть здесь (на контролируемой Киевом территории – ред.)».

«Ни одно телевидение, никакие СМИ не должны на людей влиять. Это должны сделать только они сами: переключать эти каналы, не смотреть их, а если ты смотришь, то как Светлаков разговаривал с телевидением «Ну что ты врешь, я тебе не верю, скоро наша власть сюда вернется»».

«Информационную войну мы должны выигрывать».

«В целом я недоволен тем минским документом, который был подписан в Минске».

«Я очень не хотел бы, чтобы конфликт на Донбассе был заморожен…Но я не могу гарантировать на сто процентов, что этого не случится».

«Главная моя цель — я хочу прекратить эту войну. Я думаю, что это моя миссия. Каждый раз, когда я обращаюсь к украинцам, я обращаюсь ко всем украинцам, где бы они ни жили».

Разговор Владимира Зеленского с Дональдом Трампом и их отношения.

«Этот звонок влиял только на одно — нам нужно добиться встречи, я хочу ему показать нашу команду, хочу его втянуть в Украину. Я ему сказал, что можем встретиться в Варшаве, но у нас лучше…Я ему сказал: посмотрите, разве мы похожи на коррупционеров? Я вас прошу, чтобы в вашей риторике вы изменили этот имидж. Для меня это было главной задачей».

«Я сказал, что я готов рассмотреть этот кейс (с сыном Джо Байдена – ред.), чтобы прокурор США сотрудничал с нашим, я не против».

«Я считаю, что я не нарушил закон Украины. Я бы хотел, чтобы то, что сказал Трамп, комментировало законодательство США, а не я. Иначе это будет вмешательством в процесс выборов США. Я не дам вам возможности изменить мою позицию, которую я выбрал для себя как честную».

«Давления (со стороны Трампа – ред.) не было».

Журналист трижды спросил Зеленского, считает ли он коррупцией со стороны Трампа просьбу расследовать деятельность украинской нефтегазовой компании Burisma, в которой работал сын Байдена, главного конкурента Трампа на предстоящих президентских выборах.

Зеленский трижды заявил, что не хотел бы комментировать высказывания Трампа.

«Где люди которые «сели»?».

«Когда я пришел, я думал, что на второй день мы будем сажать всех коррупционеров. Потом мне сказали, что президент не имеет права влиять на антикоррупционеров. Я не влияю. Мы собираем совещания с правоохранителями. У нас есть крайняя точка — 1 ноября. На совещаниях я у них спрашиваю — где результат?».

«Пошла очистка. 1 ноября правоохранители должны показать результат».

Реакции возникшей вокруг «формулы Штайнмайера» и позиция Порошенко в этом вопросе.

«Я недообщался с обществом. Наши ребята проиграли. Это ошибка. Но в наших других шагах ни одной ошибки не было. Мы защищаем интересы государства».

«Порошенко забывает, что он уже не президент. Он против разведения, и по этому поводу может быть Майдан. Он сам немного к этому подталкивает людей».

«В обществе есть запрос на остановку войны. Если будут подогревать этот вопрос и дальше, может быть все что угодно».

О встрече в нормандском формате.

«Встречаться мы можем в двух форматах: нормандский формат и прямая встреча с президентом РФ (Владимиром Путиным, — ред.). Об этой встрече, прямой, никто не говорит, потому что все против. Я не знаю, возможно ли это. Я знаю, что эта встреча должна быть, если мы хотим закончить войну»,

«Если диалога не будет, ничего не будет. И я об этом скажу в «нормандском формате». Если речь пойдет о том, что мы не сможем контролировать ни выборы в Донбассе, ни свою границу там, тогда мы отвернемся от этого плана («формулы Штайнмайера» – ред.) и будет искать другой».

«Тактику разговора с Владимиром Путиным — оставьте мне».

О Байдене и импичменте в США.

«Я в центре мировых СМИ, но я этого не хотел. Что касается отношений с США — мы должны их укреплять. У нас была встреча с президентом США. Мы ждем его визит в Украину в течение моей каденции. Это важный сигнал для наших других партнеров. И важно для нашего имиджа. Но я не хочу это комментировать. Потому что не хочу влияния на выборы в Америке. Выбирайте сами».

О политике России и отношениях с Путиным.

«Мы должны найти различные подходы, чтобы их политика изменилась. Есть шанс, что и российская сторона устала от этого процесса (ситуации на Донбассе — ред.). Все понимают, что Украина никогда не сдаст своих территорий и свою независимость. Возможно, кто-то сомневался раньше, но не сейчас. У нас есть возможность разговаривать с Российской Федерацией. Я никого не хочу обижать из тех, кто был на этом месте до меня, но так как мы хотим закончить войну — думаю, в прошлой власти такого желания не было».

«Я не готов публиковать мои разговоры (с Путиным – ред.). Я даже не опубликовал свой разговор с Трампом. Я — верховный главнокомандующий, а не телеведущий. Тактика есть тактика, а стратегия есть стратегия. Я не должен показывать всем свои разговоры. Я знаю, что это навредит обмену и прекращению войны».

О старых-новых лицах в политике и о кумовстве.

«Завитневича знаю еще до его женитьбы и действительно считает его профессиональным человеком… Поезжайте в больницу, он [Завитневич] чуть не умер, у него был инфаркт. После этого он пропустил все заседания»

«Вы прожили 30 лет в стране кумовства — и сейчас мне такое говорите (о возможности последующего назначения родственников одноклассников «Квартала» – ред.)? Я после этого должен был бы встать и уйти».

«О Маркаровой — сейчас у нас переходный бюджет, а она знает все его цифры. Аваков — здесь подчеркну, что никакого компромисса не было. Я действительно не нашел лучшего человека на эту должность.

Есть испытательный срок — я всем министрам сказал откровенно: реальные дела, принесите нам до конца года, не будет — мы всех уволим».

О Приватбанке и возможном решении суда вернуть банк владельцам.

«Он (Коломойский – ред.) прекрасно знает, что я буду защищать интересы Украины».

«Я ни одному судье не звонил, ничего не просил. Посмотрим на результат. Если результат будет таким, что мне придется защищать страну, то я буду влиять».

«В суде не все так честно, не все так чисто и не во всех этих делах у нас может быть победа. Поэтому нужно на берегу, еще до суда, договориться. Но договариваться должен эксперт международный, о котором все знают, что он independent one».

Об увольнении Кличко и местных выборах.

«Почему я его не уволил? Просто еще не уволил… Думаю об этом. Я считаю, что эти функции (мэра и главы КГГА — ред.) должны быть разделены. Насколько я знаю, это было еще давно, он против разделения. То есть я не вижу конфликта в этом вопросе. Просто у него одно мнение, у меня мнение другое. Я еще такой человек. Я обязательно буду общаться с мэром, господином Кличко, перед тем как решу его уволить».

«Местные выборы… Смотрите мы хотели честно, сразу все перезагрузить. Есть законодательные вещи, которые мы не можем нарушить. Как только быстро можно будет сделать местные выборы по всей стране, как только мы сможем это сделать, мы это сделаем».

«Законопроект о столице дорабатывается в комитетах, поэтому я его не видел еще. Если там все нормально, то я подпишу, если нет — отправлю на доработку. Кандидатура Александра Ткаченко рассматривается на пост главы КГГА. И еще есть две кандидатуры».

«Я обязательно буду общаться с Кличко перед тем, как буду решать о его увольнении».

Вопрос Крыма.

«Насчет Крыма. Неоднократно мы встречались со специалистами. Я постоянно поднимал вопрос, почему в нормандском формате не обсуждается Крым. Для меня нормандский формат это возможность вернуть тему Крыма к обсуждению».

«Вопрос Крыму, как мне кажется, в минском процессе и нормандском формате не в приоритете. Хотя все началось именно с аннексии Крыма».

«Это один из путей поддержки крымских татар (предоставление им больших полномочий – ред.). Но я не уверен, что это поможет в деоккупации Крыма».

«Если мы говорим о гуманитарной группе (в Минском формате, — ред.) — пожалуйста, пускай ребята помогают (вопрос о участии политзаключенных в нормандском формате – ред.)».

Обмен пленными.

«Никто никогда не забудет ни одного человека, который находится в плену. У нас существует пока только два списка обмена. Крымчане находятся в списке людей, о котором мы будем говорить только с Россией. Другой список — люди, которые находятся на территории ДНР / ЛНР. Третье, к сожалению, самый сложный вопрос — люди, по которым не имеет подтверждения, что они там находятся. Скажу честно — российская сторона декларирует нам, что без нормандского формата мы не дойдем до этого вопроса».

Зеленский об отставке главы Совбеза.

«Саша (Александр Данилюк – ред.)хотел быть премьер-министром Украины».

«Я ему сказал честно (Данилюку – ред.) : ты нормальный, профессиональный человек, но я выбрал другую кандидатуру».

«Он (Данилюк – ред.) ожидал, что я не подпишу его заявление. Меня достала игра, когда вы пишете заявления, а я их не подписываю»

О своих ошибках за время президентства.

«Главную ошибку, вероятно, смогу назвать, когда закончится мой президентский срок. А что касается самого большого моего разочарования — это люди из политической среды, которые раньше были в политике, занимали различные посты. Сам формат их поведения – «говорю одно, а делаю другое», «договариваюсь с тобой, выхожу — договариваюсь с другим». Это интриги, которые я вижу в целом в политике, не только в Украине. Поэтому мое мнение — лучше набирать людей не из политики, пусть делают ошибки, но вы не будете в них разочарованы. Потому ошибку исправить можно, а таких людей, как я вижу — невозможно. Это другая среда, другая ментальность, другой народ».

Позже, Зеленский сказал, что за пять месяцев его президентства были ошибки, на уточняющий вопрос какие, ответил, что кадровые. Но он не стал называть никаких фамилий.

О пресс-секретаре Юлии Мендель.

«Я господина Андрушко видел много раз. Он журналист. Мне кажется, он ведет себя не совсем корректно. Так мужчина себя вести не должен по отношению к женщине. Я внутренне прощал ему его поведение по поводу меня. Он здоровый парень. Если бы я не был президентом, я бы ему ответил по-другому. Он нападает, действительно, он прыгает. Но кроме журналистской этики, есть еще какие-то принципы. Он не может бить меня микрофоном по лицу. Юля, как пресс-секретарь, не имела права так реагировать. Но уже было эмоциональное истощение. Она не зло, она пресс-секретарь».

«Думаю, очень много людей напишут, что их не запустили, и снова виновата Мендель».

О «Слуге народа».

«Я не хочу ломать эту партию. Они знают мое отношение. Если они начнут друг друга есть, через год я их распущ».

«Из законов первого этапа, за 2 они не проголосовали. Хорошая статистика. Действительно, там некоторых людей не было. Нет никаких групп влияния олигархов в Слуге народа».

«Есть опытные парламентарии, которые ежедневно занимаются только одним — любым воздействием, это их тактика. Они хотят расколоть партию Слуга народа».

Президентский график.

«У меня нет времени жить. Я не могу в парикмахерскую попасть. Ну и что, что у меня в кабинете есть (парикмахерская, — ред.). Нет у меня времени».

Реакция на новую власть мера Одессы Геннадия Труханова.

«Приятно, что мы выглядим как мальчики… Но жизнь такая: когда приходят мальчики, дядьки уходят».

Настроение Западных партнеров и отношения к России.

«Да, усталость чувствуется. Это новый толчок к тому, чтобы обсуждать этот вопрос. Бизнес западных партнеров давит на них. Я хотел бы верить в лучшее, что за столом в нормандском формате будут люди, которые будут поддерживать украинскую позицию. Но есть такая проблема, о которой вы говорите, и надо это понимать. Но каким бы ни было давление, решение по поводу каких-то компромиссов, которые будут угрожать Украине, я принимать не собираюсь».

«Очень многие страны Европы круто к нам настроены — Германия, Франция, Финляндия, Дания, Эстония, Прибалтика — Латвия, Литва. Когда начинаешь о ком-то говорить — обижаются те, о ком не говоришь… Есть некоторые страны в Европе, которые не видят Украину ни в ЕС, ни в НАТО, по разным причинам».

Легализация каннабиса и сравнение с Лукашенко.

«Мне в целом не нравятся сравнения меня с кем-то. Я — личность, и похож только на своих родителей».

«Нас (очевидно, Зеленского и Лукашенко – ред.) сравнивают люди, которые хорошо относятся к каннабису».

«Сейчас об этом речь не идет, хотя многие хотят заниматься этим бизнесом в Украине. Мы сможем рассматривать этот вопрос, когда будем четко понимать, что речь идет о медицинской марихуане. Это острые вопросы на самом деле. Не хочу, чтобы говорили, что мы всем позволили заниматься наркотиками. Скажем так, те, кто хотят – потерпят».

О Богдане.

«Нам надо с вами определиться, по какому принципу мы освобождаем людей. Я понимаю, что для моего имиджа это не очень хорошо. Он (Богдан, — ред.) в нашей команде, но он не был на работе. Мне кажется, это очень странно, когда президент спрашивает как ты там отдыхаешь. Мне кажется, что это его имидж. Есть много людей с классным имиджем, но я не могу добиться от них результата. Мне нужны профессиональные люди, которые не нарушают законодательство. Ему очень сложно, поэтому что на него идет влияние. Был господин Богдан полностью огрязнен этим вопросом. Сейчас он работает на государство. Он профессионал и мощный человек».

«Ему (Богдану, — ред.) очень тяжело, потому что на него идет влияние, начиная с Коломойского, что он там с ним, он решает какие-то его проблемы… У нас нет никаких доказательств, но Богдан был полностью загрязнен этим вопросом…».

Фото: сайт «Слово и Дело».